Как мы выиграли войну. Организация медицинской помощи в годы Великой Отечественной Войны

«Война пронесется, и от нее останутся лишь легенды, книги, памятники, символы… и могилы. А над полями — вечное необъятное небо, белизна снегов, людские заботы дня, раздумья… И кто-то в зиму 2043 года, может быть, спросит:

— Как и чем жили люди в 1943 году, участники Отечественной войны?

В меру сил своих я об этом и рассказываю… — безвестный потомок мой. Не знаю — чем я тебя смогу порадовать. Я пишу то, что вижу…»

Советский драматург, прозаик и журналист Всеволод Вишневский написал эти строки в дневнике 26 декабря 1943 года. Начав дневник 22 июня, он продолжал вести записи в течение всей войны, до самых последних её, победных дней, когда голос Левитана торжественно сообщил по радио о долгожданной капитуляции Берлина.

Какая бы великая идея и какие бы государственные интересы ни фигурировали в качестве обоснования тех или иных боевых действий, и чьи решения не стояли бы в основе военной политики государства, война – это тяжёлая и всеобщая драма. У Великой войны не может быть иного исхода, кроме огромного количества раненых, погибших, отчаявшихся, обездоленных, покинувших свой дом, потерявших своих близких. Людей, чьё детство, юность и семейное счастье были омрачены звуками летящих пуль, грохотом взрывов, криками искалеченных, страхом, голодом и лишениями. Лавры победы в войне достаются государству, но память о потерях навсегда остается с людьми. Теми, кто волею судеб вынужден был принять бой, и ценой своего здоровья и жизни отстаивать право на жизнь будущих поколений.

На момент начала Великой Отечественной Войны население Советского Союза насчитывало более 195 млн человек. Начало войны было сложным во всех смыслах, страна оказалась не готова к такому скорому и (во многом), неожиданному развитию событий. С самых первых дней после нападения стало понятно, что враг превосходит нас даже не столько количеством, сколько качеством и техническим оснащением. Плохое информационное сообщение и стремительность действий противника очень быстро повергли нашу страну в такое состояние, при котором в военные действия оказалась в той или иной мере вовлечена большая часть населения. И продолжалась эта Война дольше и давалась труднее, чем можно было представить. Об этом мы все знаем из уроков истории.

Долгих четыре года в битвах с врагом не на жизнь, а на смерть вместе с солдатами шли по полям сражений и военные медики. Под непрекращающимся, смертельным огнем выносили они с поля боя раненых, оказывали им необходимую помощь, доставляли в медицинские пункты.

 «Война выиграна военными медиками»

Эта фраза маршала Рокоссовкого наиболее точно отразила стратегическую роль медицины войны. Как ни печально или цинично это звучит, но главной целью военной медицины на государственном уровне является не только максимально возможная помощь раненому, но и скорейшая и эффективная реабилитация его для возвращения обратно в строй. Это одна из причин, позволившая выстоять нашей огромной стране в эту войну. Этот принцип лежит в основе практически любой военной медицины.

Газета «Правда» В 1941 году в передовице так и формулирует главные задачи, стоящие перед медициной:

«Каждый возвращенный в строй воин – это наша победа. Это – победа советской медицинской науки… Это – победа воинской части, в ряды которой вернулся старый, уже закаленный в сражениях воин».

На реализацию задачи были брошены все силы нашей огромной страны.

Ко времени начала Великой Отечественной Войны система работы военной медицины была уже достаточно хорошо упорядочена и отлажена. Если ещё во времена Наполеона оказание помощи раненому было больше актом милосердия, то опыт Первой и Второй Мировых войн окончательно доказал, что возвращение каждой человеческой единицы в строй является важной государственной задачей. Поэтому основной упор делался уже не только на медицинские кадры, снабжение медикаментами, но и на организацию работы медицинской службы, в идеале – приведение её к единому протоколу.

Однако, мощностей мирного здравоохранения для покрытия военных нужд отчаянно не хватало. Гражданская медицина оказалась не готова к такому объему мероприятий. Не доставало медикаментов, перевязочного материала, больничных коек. Особенно это ощутимо было в начале войны, когда на захваченных немцами территориях осталось почти 40% больниц и госпиталей. Их не успевали эквакуировать, и почти половина была уничтожена бомбёжками и обстрелами. Попадали под бомбёжки и санитарные поезда.

Советский хирург, учёный, доктор медицинских наук, генерал-полковник медицинской службы, сын академика А.В. Вишневского, Александр Александрович Вишневский (1906—1975), пишет в своём дневнике:

«Наша санитарная летучка состоит только из «теплушек». На каждые две теплушки только одна медсестра, которая во время хода поезда лишена возможности переходить из вагона в вагон. Сёстры неопытны, не умеют делать инъекции. Поезд плохо оснащён. Не хватает чайников, чашек, матрасов, носилок».

Эта запись была сделана в середине 1943 года…

Имя его отца, академика Александра Васильевича Вишневского (1874 — 1948), в контексте Войны 1941-1945 гг. связано, в первую очередь, с началом широкого применения местной анестезии новокаином, что до этого времени не являлось распространённой практикой.

Под бомбы или под расстрел

И хотя на момент начала войны уже были заложены основы практически всех медицинских, производственных и организационных направлений, некоторые методы пришлось внедрять уже в период военных действий, причём в самом прямом смысле этого слова. Оказывать первую помощь раненым и оперировать врачам и хирургам приходилось под грохот бомб и свист пуль, без наличия нужного инвентаря и достаточного количества медикаментов, часто в абсолютно неподходящих для этих целей, экстремальных условиях.

Бывало, когда раненых приходилось укладывать прямо на полу, в первом попавшемся доме, и там же (порой без электрического света), проводить сложнейшие операции. Врачи являлись военнообязанными, потому, как и для солдат, сбежать с поля боя или оставить операционную для хирурга было равносильно дезертирству и каралось расстрелом. Кстати, врачи являются военнобязанными и сейчас.